ЗДОРОВЬЕ ПОЗВОЛЯЕТ 

«Прямые линии» президента всегда вызывают большое число комментариев политэкспертов. Они пытаются уловить за словами главы государства не только его нынешние «ощущения страны», но и дальнейшие планы по ее управлению. Смотрят на все — жестикуляцию, лексику, манеры, пытаясь понять все по максимуму — от состояния здоровья и до образа мыслей. Вот и «Прямая линия», прошедшая в минувший четверг, исключением не стала.

Во-первых, после 5 часов бодрого пребывания Владимира Путина в прямом эфире без всяких неудобств для себя окончательно развеивают мифы о проблемах со здоровьем у главы государства. Тем, кто сомневается, советую попробовать самим побыть в прямом эфире хотя бы час. И тогда, наверное, станет понятно, что это не только психологическая, но и немалая физическая нагрузка.

Впрочем, гораздо больше всех интересует, можно ли определить по выступлению Путина — ждать ли отставки правительства (или хотя бы отдельных министров), кого низвергнут с властного олимпа, а кого, наоборот, на него возведут и развернется ли на всю катушку борьба с коррупцией?

УКОЛ МИНИСТРАМ

Путин не был бы собой, если бы, давая ответы на все вопросы, не оставлял себе определенной свободы действий. Правительство он оценил на «удовлетворительно», выпустил несколько шпилек, но пообещал не сдавать министров ни оптом, ни в розницу в ближайший период. Однако и не стал выдавать им никаких гарантий. Более того, извлеченный словно рояль из кустов Алексей Кудрин наглядно продемонстрировал нынешнему Кабинету министров, что живая альтернатива им находится тут, рядышком, сидит, улыбается. И в любой момент готова занять кабинет в Доме правительства. Близость Кудрина, о которой все и без того хорошо знали, была подчеркнута Путиным специально. И термин «сачок», отпущенный в его адрес, здесь вовсе не попытка оскорбить или принизить, а признание вхожести экс-министра в путинский ближний круг, признание «своим парнем».

Кстати, публичный отказ Кудрина входить в руководство системы «полумер и полуреформ», с одной стороны, должно встряхнуть действующих министров, а с другой — некое предупреждение о возможных резких поворотах в экономической политике.

А еще один укол членов правительства прозвучал при обсуждении налога на роскошь. Дескать, никак министры не могут найти варианты для повышения налогообложения элитной недвижимости. Просто намек, а выводы, граждане, делайте сами, почему это так. Можно не сомневаться, что народ сделает заключение о личной заинтересованности министров.

ПОЛЕ ДЛЯ МАНЕВРА

С легкостью переходя с вопроса на вопрос, с одной темы на другую, Путин как бы показывает, что он вездесущ, за всем смотрит и все контролирует. И даже Чубайс не может выскочить из зоны контроля. Не без греха, но и не вор, резюмирует президент. И легонько предупреждает, что вот-де Анатолий Борисович уверяет, будто «не лезет в политику», а на самом деле лезет. И уколол американскими шпионами в окружении, пусть это и осталось в прошлом. А кто сказал, что их теперь нет? Путин такого не говорил. Пусть теперь Чубайс думает. И народу пища для размышления.

Выверенные ответы про «Оборонсервис» (вопрос был задан обозревателем «КП» Виктором Баранцом) и коррупцию, про оппозицию (не назвав по фамилии ни депутата Илью Пономарева, ни блогера Алексея Навального, но продемонстрировав знание ситуации с ними вплоть до размера гонорара Пономарева за лекции в «Сколково»), оценка отношений с США — по всем этим позициям Путин не отступил ни на йоту от того, что говорил ранее. Но везде оставил себе поле для маневра. Как, например, про ситуацию с ответом на «закон Магнитского», принятый в США. С одной стороны, они там «жабры растопырили», а с другой — и мы «не без издержек», у «депутатов возникли эмоции».

ОДИН ТАКОЙ

И все же самое главное ощущение после просмотра «Прямой линии» — так это то, что Россия по-прежнему остается в режиме ручного управления, когда Путин грозно нахмурит брови и мэр возьмет в руки метлу, а губернатор лично полезет латать крышу пенсионерке.

Оно, конечно, хорошо, что что-то начинает двигаться в сторону позитива хотя бы после вмешательства Путина. Плохо по большому счету только одно, и оно главное — что Владимир Владимирович у нас такой один на всю страну и без него ничего почему-то никуда не сдвигается.