Баранец:

— Добрый вечер! Для затравки самые горячие новости. Главная Военная прокуратура сообщила о передаче материалов на Сердюкова и ряд его подчиненных в Следственный комитет. Естественно, о том, какие материалы были переданы, кого они касаются, эти вопросы вас интересуют. В заметке Интерфакса этого не было. Я только что получил информацию, провел свою разведку. Естественно, никто не хочет раскрывать, что там было. И только по своим неофициальным каналам я узнал, что там целый букет вопросов, на которые придется отвечать свидетелю Сердюкову и ряду лиц, с которыми он проходит по этим материалам. Ничего нового. Это касается продажи имущества Минобороны. Так называемого личного имущества, а это капитальные здания, земли, акции. И вопрос идет о перепрофилировании тех земель, которые изымались из фондов Министерства обороны и продавались по заниженной цене. И знаменитое дело о строительстве дороги с использованием личного состава, военной техники на дачу мужа сестры Сердюкова Пузикова. Вот такой там букетик. Следователи сейчас будут заниматься материалами Главной Военной прокуратуры.

Дело в том, когда Следственный комитет стал раскапывать это дело о строительстве дороги к турбазе, которая принадлежит Пузикову, то один из представителей Главной Военной прокуратуры сказал, что у этого дела не может быть перспективы, поскольку оно возбуждается против «неустановленных лиц». То есть, вертолеты, которые туда привозили солдат, технику – это неустановленные лица. Инопланетяне направляли туда солдат. И неустановленные лица отправляли озеленять дорогу, раскручивать рулоны с травой, сажать тополя, вести ремонт и строить мосты. Похоже, что теперь эти неустановленные лица обрели фамилии, имена и отчества. Будем надеяться.

Второе. Вы знаете, что я на этой неделе опубликовал большое интервью с министром обороны Сергеем Кожугетовичем Шойгу, в котором он ответил на ряд моих и ваших вопросов. Моя совесть чиста перед вами лишь на несколько процентов. Потому что у вас было 55 вопросов, а я еще присобачил свои 12. И там получается 67. А я задал, по-моему, только десяток.

У меня есть надежда. Министр обещал во время последующих встреч поэтапно, по мере того, как он вникнет в эти вопросы, а там есть чрезвычайно сложные, а министр сходу не хочет, да и не может ответить. Там нужны очень серьезные консультации со специалистами.

И среди множества откликов на интервью меня жизнь побуждает ответить вам на один вопрос. Итак, вы видели в интервью, что министр обороны говорит, де, куда это годится, что 160-180-тысяч приказов он подписывает в месяц. Внимание! Среди вас нашлось слишком много въедливых людей и умников, которые стали считать. Стали и меня, и Шойгу загонять в угол. Дорогие друзья, так ставить вопрос могут только те люди, которые не знают системы подписания приказов. Сейчас я вам поясню. Вот лежит папка. Мощная и жирная. Толстая папка. В ней перечислено аж 20 тысяч фамилий. А сверху этой папочки, на первой странице, лежит приказ, который военные люди знают: всех нижепроименованных отправить в командировку или в отпуск. Скажите, сколько нужно времени министру обороны, чтобы подписать этот приказ? Если за его спиной стоит заместитель или начальник Генштаба? Доля секунды. А кто-то думает, что вот такие приказы министр обороны, каждую фамилию переворачивает и под каждой из 20 тысяч в этой папке фамилий он ставит эту подпись. Конечно, это дурь. Это незнание технологий.

Да, приказы бывают разные. Некоторые из них всего лишь два абзаца, а некоторые 222 абзаца. И есть директивы и приказы, которые надо читать въедливо. Это другая технология. Я надеюсь, вам на этот вопрос ответил.

Вы можете подписаться на самые интересные эфиры радио «Комсомольская правда» на нашей страничке в iTunes