Опошлить благую идею — любимое занятие российских властей. Возьмем, к примеру, бензин. Разговоры о повышении качества топлива велись многие годы. Казалось бы, вопрос решен. С 1 января нынешнего года в России введен запрет на продажу низкокачественного бензина стандарта Евро-2, с 2015-го — Евро-3, а с 2016 года — и Евро-4. Но на днях журналисты со ссылкой на анонимный источник привели расчеты Федеральной антимонопольной службы, согласно которым к 2015 году дефицит бензина на внутреннем рынке России может вырасти в 70 раз по сравнению с нынешним годом, составив 3,7 млн. тонн. Ситуация абсурдная: бензин станет лучше, но всем автомобилистам его не хватит. Кому это на руку?

НАПРАВИТЬ НЕДОВОЛЬСТВО В НУЖНОЕ РУСЛО

Два года назад 12 российских нефтяных компаний заключили четырехсторонние соглашения с ФАС, Рос­технадзором и Росстандартом. Государство обязало «топливных генералов» модернизировать оборудование на нефтеперерабатывающих заводах и повысить класс произведенного бензина. Изменения в техрегламент были одобрены осенью 2011 года.

— Ситуация, казалось бы, простая: негодяи-монополисты выкручивают руки государству, нарушая договоренности с особым цинизмом, — объясняет на своем сайте директор Института проблем глобализации Михаил Делягин. — Однако дело в том, что для модернизации производства нужен соответствующий технический регламент, шаг за шагом прописывающий ее процедуру и параметры. Он был разработан еще к осени 2011 года, вот только ФАС так и не согласовала его!

Занятная картина. Не тормозит ли сама антимонопольная служба модернизацию отечественных нефтяных компаний? И какой тогда смысл представителям ФАС раздувать в прессе скандал о надвигающейся вследствие этого катастрофе?..

Однако экспертов это противоречие не смущает. Схема обкатана еще в начале 1990-х годов. И сейчас мы наблюдаем ее очередную реализацию. Либеральная часть правительства, курирующая ТЭК, сама понижает эффективность госкомпаний и сама же организует их передачу в частные руки под предлогом наведения порядка. Разоблачительная кампания в прессе создает благоприятную атмосферу для принятия соответствующих решений.

— Сегодня речь идет об очередной попытке вернуться к теме приватизации госкомпаний нефтяного сектора, — пишет в журнале «Рабкор.ру» директор Института глобализации и социальных движений Борис Кагарлицкий. — Это самый лакомый кусок из всего того, что осталось в собственности правительства, и распределить его хочется между своими — пока обстоятельства не осложнились появлением новых претендентов или того хуже — попытками общества установить контроль над остатками «народного» имущества. Цены на хлеб и бензин — очень удобный инструмент, чтобы манипулировать массовым сознанием: любая информация об их росте вызывает волнение и всплеск недовольства. Тут только важно это недовольство в нужную сторону направить.

СПУТАЛИ СВОЙ КАРМАН С ГОСУДАРСТВЕННЫМ

Эксперты признают, что тема неэффективной работы госкомпаний с легкостью подхватывается комментаторами самого разного толка. Менеджмент плохо управляет предприятиями. Обязательства по модернизации не выполняются, что создает дефицит топлива. В результате они виноваты в повышении цен на бензин. Назревает вопрос: как исправить положение? Нам подсказывают готовый рецепт — все передать в частные руки.

— Нагнетание бензиновой паники — часть кампании по обоснованию приватизации нефтяного сектора, — убежден Михаил Делягин. — И ФАС добросовестно создает эту угрозу и оповещает о ней, чтобы в нужный момент всеобщего ужаса приватизаторы смогли одним мановением волшебной палочки, просто передав госимущество пресловутым «эффективным собственникам», разрешить все проблемы.

— Чиновники, которые должны, если верить их собственным заявлениям, заботиться о государственных интересах, на самом деле вполне сознательно лоббируют интересы определенной группы лиц, уже открыто заявляющей о своих претензиях на различные объекты казенного имущества, — приходит к выводу Борис Кагарлицкий. — Проблема лишь в том, что в таких играх очень легко незаметно перейти границу — бензиновый кризис, провоцируемый таким способом, может из виртуального превратиться в реальный.